darbogu

Девушка призналась, что мучилась и страдала 18 лет за спиритизм и магию, а исцеление обрела на могиле старца Амвросия в Оптине

0 51

Я поплатилась за то, что заигрывала с нечистой силой, увлекалась магией, считая это шалостью… – рассказывает София.

А что именно случилось? Давайте разбираться!

В 1907 году, когда ещё шел Успенский пост, так описано в документах Оптиной пустыни, София Александровна признавалась в своих прегрешениях и как ее постигало Бoжье наказание.

Она родилась в семье дворян в Орловской губернии. Их небольшое имение в Елецком уезде едва приносило достаточно дохода, чтобы прокормить семью, но они жили скромно, по принципу "с хлеба на квас".

Взрослея, София получила образование в Орловском институте, которое она успешно окончила в 80-х годах XIX века. После окончания обучения перед ней встал вопрос о средствах к существованию.

Ее мать, обремененная скудным бюджетом, не могла позволить Софии просто ничего не делать и сидеть дома. Тогда София, имея диплом в руках, решила открыть школу для девочек в Ельце. Постепенно эта школа превратилась в частную женскую гимназию со всеми правами, как у государственных гимназий. Ее дело шло настолько успешно, что ей удавалось обеспечить себя достаточными средствами для комфортной жизни без роскоши, конечно, но с возможностью удовлетворять все свои обычные потребности.

Вблизи материнского имения находилось имение подруги Софии из института, которая тогда уже была замужем за знаменитым врачом Г. из Орла.

Летом, когда София жила в сельской местности у своей матери, они часто виделись с подругой и ее семьей, которые также проводили лето в своем поместье. А у мужа подруги была сестра, с которой София также подружилась.

Они все были молоды, здоровы, полны энергии и жизнерадостны; жизнь казалась им хорошей, веселой и даже беззаботной, не отягощенной какими-либо сложными вопросами. В целом все было хорошо.

Однако, в эту спокойную, далекую от духовных поисков жизнь, проникло нечто новое: муж подруги, доктор Г., стал увлекаться гипнозом и спиритизмом, и его увлечение затронуло их всех.

В их кругу начались обсуждения этих тем, появилась литература по этому предмету, и они стали с интересом изучать эти явления на практике. Они не задавались вопросом, откуда исходят эти явления – от Бога или от дьявола, это всего лишь просто приносило разнообразие в их обычную сельскую жизнь. Вроде баловались, но заигрывание с темной силой, как правило, бесследно не проходит.

Они были православными в крещении, но по духу и по своему пониманию своей веры и своего спасения они были как язычники. Они были полными невеждами по отношению к вере православой, проще говоря, они были даже хуже язычников.

Так вот София Александровна рассказывает:

– Мы полностью погрузились в изучение новых духовных горизонтов. Наши усилия быстро перешли от теории, подкрепленной практическими примерами, к активной практике: мы начали заниматься внушением и чтением мыслей, вращали тарелочку и пытались связаться с невидимым миром, следуя указаниям той "науки", которой занимаются те, кто отступил от христианской веры, будь это сознательно или неосознанно.

Из нашей группы наиболее подходящими для этих занятий оказались я и сестра мужа моей подруги, и мы так увлеклись созданием "чудес" в области этой новой для нас "науки", что ради удовольствия от "духовного" мы были готовы забыть даже о земных радостях.

И вот, настал день расплаты за нашу шалость. Это был день ангела моей подруги. Все мы собрались у нее дома. Утром моя подруга посещала церковь в своем селе. Мы ждали ее с чаем, пирогами и различными подарками. У всех было праздничное настроение. За чаем было шумно и весело… После чая мы задались вопросом, что же делать дальше. Мы решили заняться тем, что в то время нас так пленяло – внушением.

Было решено, что я уйду в дальнюю комнату дома, задумаю что-нибудь и попытаюсь внушить это сестре мужа моей подруги. Эта дальняя комната была спальней и кабинетом моей подруги и ее мужа. Я поспешила туда, оставив остальных в столовой под присмотром друг друга, где мы пили чай.

Первым, на что я обратила внимание в кабинете, была большая просфора, которую моя подруга принесла из церкви. Я взяла ее и перенесла на раковину.

«Пусть, — решила я, — она (сестра мужа моей подруги) возьмет ее с раковины и переложит обратно на письменный стол».

Задумав это, я крикнула: «Готово».

В ответ на мой крик все сбежались из столовой, а та, которой я внушила сделать то, что я задумала, без колебаний ринулась к письменному столу, оттуда к раковине и была уже готова взять просфору, когда внезапно, как будто оттолкнутая невидимой рукой, она перевернулась и упала в обморок, а я уже лежала на полу в конвульсиях.

Она пришла в себя быстрее, а меня пришлось откачивать три часа, несмотря на помощь доктора, мужа моей подруги. Мы обе не помнили, что с нами произошло, и не понимали, как это могло случиться. Доктор, разумеется, тоже не понимал.

С этого страшного дня моя жизнь кардинально изменилась. Несмотря на то, что раньше я никогда не была болезненной, я начала страдать от эпилепсии, известной в мире науки как "падучая болезнь". Припадки происходили сначала раз в три месяца, потом каждое новолуние, а затем и несколько раз в день, они стали приводить меня в состояние полного истощения, лишив меня способности работать. Мне пришлось отказаться от любимой работы, от источника моего пропитания. И с каждым днем мое состояние ухудшалось.

В конце концов, я стала отчаяваться и даже пыталась покончить с собой. Было много попыток самоубийства – смертного греха. Я стала тяжкой ношей для всех, и сама ненавидела себя, как злейший враг. В таком состоянии я прожила около пятнадцати лет. Из молодой, здоровой девушки я превратилась в истощенную старуху.

Мою недуг, который оказался непостижимым для медицинских специалистов, и я сама ничего тогда и не понимала.

В одной из моих странствий по родным уголкам, живя то у одних родственников, то у других, мне пришлось остановиться у своей сестры. Ее муж был начальником станции, с небольшой зарплатой и большой семьей. Мне было неудобно было их обременять своим положением, особенно с моими приступами, но у меня не было другого выбора.

Сестрин муж был простым человеком без образования, но он был добр и верующим. Однажды он спросил меня, когда я последний раз соблюдала пост. Я ответила, что не постилась, с того момента как заболела. Он был потрясен, и предложил мне попробовать соблюсти пост, исповедаться и причаститься, в надежде на Божью милость и выздоровление.

Я согласилась. После того как я соблюла пост и исповедалась, приступы как будто отступили…

Но в день причастия, я, ослабленная многолетними страданиями, едва смогла подойти к Чаше. Невероятная сила сопротивления внезапно вспыхнула во мне, и девять человек прихожан едва смогли меня поддержать. Это был такой ужас, страшно даже вспоминать о нем. Но благодаря вере, я смогла начать свое исцеление. Я стала причащаться чаще, и посещать святые места. Мои приступы ослабели, но я стала испытывать невыносимую тоску, которую могла выдержать только с Божьей помощью.

Прошло уже восемнадцать лет с того дня, как я попыталась совершить обряд с просфорой.

Одна верующая женщина уговорила меня поехать к Оптинским старцам. Мне очень понравилось в Оптиной пустыни, ее храмы, богослужение и вообще вся местность. Но я не хотела идти к старцам и к их могилам, несмотря на уговоры моей спутницы. Мне было противно даже думать о старцах, и мне не хотелось их видеть во время моих прогулок по Оптиной. Чувство ненависти и отвращения были во мне.

Прибыв в Оптину, мне казалось, что моя внутренняя мука немного утихла, но вскоре она вернулась с новой силой, жестоко рвущей мое сердце. Моя спутница убедила меня принять участие в говении, к которому мы начали вместе готовиться. Именно в этот период произошло нечто чудесное, что навсегда связало мою жизнь с оптинскими старцами бесконечной благодарностью. Случилось чудо!

С моим внутренним страданием было связано еще одно ощущение: я ощущала в груди, ближе к сердцу, как будто катящийся клубок, который иногда был даже ощутим на ощупь. Этот клубок, явно демонического происхождения, поднимался к сердцу, заставляя меня мучиться от боли и страдания. Кроме того, я не могла плакать: казалось, что слезы были подавлены этим ужасающим клубком и не могли вырваться наружу.

Во время говения, перед исповедью у отца С., я, не зная почему, решила пойти на могилу старца Амвросия Оптинского. Когда я прикоснулась к белому мрамору его надгробия, впервые за 18 лет своего невыносимого страдания, я почувствовала, что мои слезы наконец-то нашли выход. Я долго плакала, оплакивая свое долгие годы страдания слезами.

После этого я почувствовала облегчение, и ужасающий клубок в груди, преследовавший меня многие годы, исчез.

Я была избавлена от демонического влияния.

Отец С., который внимательно выслушал мою исповедь, разрешил меня от грехов, которые я накопила с семи лет, и начал молиться за меня, так как кроме основного демона, были и другие. Я боролась, пытаясь убежать из кельи, но затем утихла.

С того момента припадки не повторялись, и я обрела душевное здоровье. После причастия я снова пошла на могилу отца Амвросия и почувствовала, что полностью исцелилась.

Я испытала такую радость, что мое страдание полностью исчезло, и была уверена, что оно больше никогда не вернется. Это Божественное блаженство сопровождало меня в течение года после возвращения из Оптиной пустыни, и я была вознаграждена за 18 лет своих мук, которые я перенесла в наказание за свое кощунство.

Я нашла спасение в Боге, отстрадав здесь, и верю, что вечное блаженство меня ждет впереди.

Слава Богу за все!

Другие публикации канала

Женщина из Томска провела месяц в летаргическом сне. Очнувшись стала рассказывать, что ждет грешников в аду и кого она там встретилаПравославие.ONE3 дня назадПарень умер и оказался на том свете, где его встретил Сам Бог, показав всю его жизнь. Он получил второй шанс и рассказал, как это былоПравославие.ONE16 январяМужчина выпросил 3 часа в аду, чтобы не страдать всю жизнь на земле. Но оказавшись там, пожалел и умолял вернуть его на землюПравославие.ONE15 января

Источник

Вам также могут понравиться
Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.