darbogu

ХРАМ ПАРАСКЕВЫ ПЯТНИЦЫ НА ПЯТНИЦКОЙ УЛИЦЕ

0 16

Можно ли забыть храм, которого нет? Ответ только один: это невозможно. Ведь есть любовь: к Богу, к городу, к церкви, украшавшей улицу, и жизнь ее прихожан. Ведь есть раскаяние за грех уничтожения, даже если он не твой. Потому при входе на станцию метро «Новокузнецкая» в центре столицы многие испытывают странное чувство, часто не объяснимое словами. Просто на этом месте стоял древний храм святой Параскевы Пятницы.

Н. Найденов. Храм Параскевы Пятницы на Пятницкой, 1882 г. Н. Найденов. Храм Параскевы Пятницы на Пятницкой, 1882 г.

Большая улица

Замоскворечье. В конце XV – начале XVI века здесь появилась улица Большая. И была она частью старой дороги, ведущей на юг – в Серпухов, Рязань, Тулу. В XVI–XVII веках в этой части Замоскворечья находились слободы, в которых жили ремесленники – кузнецы, стрельцы, толмачи, мастера-монетчики, овчинники, кожевники, благодаря чему на карте Москвы возникли улицы и переулки, через века своими названиями напоминающие о занятиях их обитателей. В те времена московские улицы еще не заняли своих окончательных мест и не приняли привычных сегодня очертаний. Иностранные путешественники отмечали, что город был выстроен без всякого порядка, между улицами лежали промежуточные поля, а между деревянными домами – огороды. Так и улица Большая раньше шла немного правее, ровно там, где идет улица Кузнецкая, ставшая в 1922 году Новокузнецкой.

Гостям города бросалась в глаза и еще одна особенность московских улиц: «…невероятное число церквей… Нет улицы, чтобы не было нескольких». Так писал в 1565 году представитель могущественного итальянского семейства Рафаэль Барберини, в 1564 году как частное лицо посетивший Москву и при этом имевший рекомендательное письмо от английской королевы Елизаветы к государю Ивану Васильевичу. Такое замечание итальянца было правдивым.

Большая улица не была исключением: на ней стояли храмы и строились новые. Один из них – в честь Параскевы Иконийской, именуемой Пятницей. Когда именно изменилось название улицы и Большая, длиной в 1815 метров, стала Пятницкой, неизвестно. Но свое «церковное» имя она гордо несет и сегодня, напоминая нам о храме и ошибках истории. Почему название Пятницкая не изменилось в советские времена, остается загадкой.

На дороге да на торгу

Посвящение храма святой не кажется случайным. Ставить на дорогах и перекрестках храм или часовенку в честь Параскевы было доброй традицией. Рядом с ними прощались и радовались встрече, в них девушки молились о том, чтобы Бог послал им хороших женихов. Потому церковь называли Пятницей «Прощей» – от слов «прощаться» и «прощать». А ведь прощать – значит исцелять.

Святая Параскева действительно всегда была почитаема и любима. Она считается целительницей душевных и телесных недугов, охраняет семейное благополучие, помогает в женских работах, является покровительницей домашнего скота и удачной торговли. Недаром в честь этой святой праздновались девять торговых пятниц в продолжение девяти недель после Пасхи!

Во многих городах России церковь в честь Параскевы ставилась на торгу. По историческим меркам не так давно – всего лишь более 100 лет назад – на площади перед храмом святой Параскевы на Пятницкой улице находился ленивый торжок, где торговали с обозов. Покупателей привлекали низкие цены и множество торговцев. Это был один из самых больших рынков города.

Храм во имя великомученицы Параскевы, реченные Пятницы

Кто строил храм Параскевы на Пятницкой улице, неизвестно. Но известно, что был он деревянным, а потому легко сгорел в московском пожаре 1564 года. В том году в Москве случилось пять сильных пожаров: в апреле – на Арбате, в мае – в Китай-городе и на Пятницкой улице, в августе – вновь горел Арбат и Китай-город, в сентябре – места за рекой Неглинной. В летописях впервые появилась запись о том, что сгорела и церковь святой Параскевы Пятницы. После пожара ее отстроили в камне.

В 1657 году церковь уже каменная. Рядом с ней «земли и кладбища вдоль 40 сажень, попереч 23», вокруг в домах живут церковные служащие и другой люд. Как и положено – дворы да огороды.

В 1701 году к каменному храму Параскевы Пятницы пристраивают придел в честь Артемия Веркольского, русского православного отрока, который после смерти прославился своими чудесами. Сестрой Артемия была праведная отроковица Параскева Пириминская. Согласно редакции жития святого, составленной в конце XVII – начале XVIII века, всего произошло 85 чудес, последние из них в 1700 году. Так что основание придела именно в честь этого святого в первый год нового века было вполне обосновано.

В 1727 году главный престол церкви Параскевы Пятницы освятили во имя Святой Троицы, что изменило название храма, которое стало звучать так: во имя Живоначальной Троицы с приделами Параскевы и Артемия. В это время на Пятницкой улице начинают селиться купцы, жившие до этого в Китай-городе. Там остаются только их лавки. Районы же у Кремля становятся боярскими и дворянскими.

11 февраля 1739 года священнослужители и прихожане храма подали челобитную в московскую контору Синода. В ней они описывали ветхое состояние церкви и просили разрешения ее перестроить. Храмозданная грамота была получена. Строительство началось.

Флигели усадьбы Журавлевых Флигели усадьбы Журавлевых

Ктиторами выступили братья Роман Ильич и Гавриил Ильич Журавлевы, купцы, коренные москвичи, выходцы из «природных» тяглецов (тягловых крестьян) Садовой Большой слободы. Усадьба Журавлевых находилась по адресу: Пятницкая улица, 27. Сегодня от нее остались два флигеля. Центральный особняк XVIII столетия снесли в XX веке. Семья владела суконной фабрикой, торговала сибирской пушниной, занималась откупом – имели винные откупа в других городах. Жили купцы «в приходе церкви Пятницы Прощей за Московою-рекой». В XIX веке стали дворянами.

После перестройки храм изменил свой облик: теперь это был восьмерик на четверике, он приобрел большие объемы и черты, свойственные стилю московского барокко. Трапезная была шире самого храма и имела интересную внутреннюю планировку: делилась на девять частей разного размера, над каждой был крестовый свод, по которому шла лепнина с золочением. В трех северных частях устроили придел св. Артемия, в трех южных – св. Параскевы. Через центральный проход можно было попасть в Троицкую церковь, главную.

Освящение главной части храма состоялось в 1744 году, что, впрочем, не означало окончания строительства. По некоторым сведениям, храм перестраивался в течение 10 лет. Его внешняя красота и внутреннее благолепие поражали. В 1774 году в нем установили многоярусный позолоченный иконостас, от которого было невозможно отвести глаз, так прекрасен он был. Вопрос о том, по проекту какого архитектора перестраивалась церковь, до сих пор остается без четкого ответа. Исследователи сходятся во мнении, что это был Иван Федорович Мичурин.

Открытка 50-х гг. ХХ в.Открытка 50-х гг. ХХ в.

Трапезная с расположенными симметрично приделами святых Параскевы и Артемия и колокольня были построены в 1745–1748 годах. Эта колокольня необычна своей красотой, что не удивительно, ведь она была образцом петербургского барокко. И у этой колокольни есть «сестра» – колокольня в Троице-Сергиевой лавре. У них действительно большое сходство. И в этом есть загадка. Возможно, она решается таким образом: проект разработал Иоганн Якоб Шумахер, представивший первый проект колокольни в Лавре, архитектором стал Иван Мичурин, а после 1747 года – князь Дмитрий Васильевич Ухтомский, главный архитектор Москвы в период правления Елизаветы Петровны, основоположник московской школы русской архитектуры.

Трехъярусную колокольню на Пятницкой поставили у самой дороги, в некотором отдалении от храма и трапезной. В нижнем ярусе сделали арку с ажурными воротами. В ее втором ярусе появился придел в честь Илии Пророка. Это был четвертый престол храма. Такое посвящение обусловлено родом занятий прихожан храма. С XV века Илья Пророк особо почитался торговыми людьми как покровитель. Кроме того, отец ктиторов купцов Журавлевых носил имя Илья.

Храм выстоял в пожаре Отечественной войны 1812 года, хотя все 26 приходских дворов сгорели. Деньги и значительная часть церковной утвари были украдены французами. К счастью, сохранились иконостасы и образа, церковные облачения, престолы и жертвенники, книги, которые были увезены их храма.

После 1812 года и во второй половине XIX века Москворечье начинает активно застраиваться. На Пятницкой улице участки земли с выгоревшими домами выкупаются. Хозяевами становятся купцы, которые строят новые дома, часто с конторами и магазинами. Интересно, что эти дома в большинстве своем сначала были деревянными.

Но время, когда на Пятницкой селились молодые купцы, недавно вышедшие из крестьян, казалось, кончилось. К примеру, так это сделал один из первых застройщиков улицы: крестьянин Серпуховского Владычнего монастыря Василий Варгин, торговец сукном и текстилем. А когда-то его семья просто вязала варьги, то есть варежки. Фамилия Варгиных оставила свой след в истории Москвы. Так, Варгин во время Отечественной войны 1812 года снизил цены на сукно, которое шло на шинели. Это на его деньги было построено здание Малого театра. Свой же дом на Пятницкой он построил в 1798 году. У его наследников будет снимать апартаменты уволенный из армии начинающий писатель Лев Толстой.

Дом купцов Варгиных

Улица помнит купцов Великолеповых, Маховых, Стахеевых, Сухановых, титулярную советницу И. Маркову, жену главы Петербургского товарищества Никольских рядов В. Рекк, финансиста Т. Коробкова. А что за имена – Лепешкин, Смирнов, Татищев, Третьяков, Сытин! Многие из них были прихожанами храма святой Параскевы.

Позднее, в зависимости от положения в обществе и финансовых возможностей, дома на Пятницкой стали строить не просто каменные, а по проектам известных архитекторов, среди которых были Сергей Шервурд и Лев Кекушев. Так торговая Пятницкая улица меняла свой облик, превращаясь в респектабельную.

Капитальный ремонт в 1870-х годах

Храм святой Параскевы выстоял не только в московском пожаре 1812 года, но и позднее – во время урагана, пронесшегося над Москвой весной 1841 года. С храма сорвало всего лишь часть крыши. Но время разрушало церковь, и во второй половине XIX века стало ясно, что она нуждается в капитальном ремонте, ведь последние строительные работы проводились более ста лет назад. Средства на ремонт пожертвовал староста храма купец Петр Губонин.

В ходе ремонта церковь покрыли новой металлической крышей, полы – мрамором (итальянским и подольским), установили духовые печи, обновили позолоту куполов и крестов. Был установлен резной иконостас, выполненный мастерами школы архитектора Дмитрия Ухтомского. Кроме того, Петр Ионович подарил уникальное по красоте паникадило в 365 свечей. Однако были и потери: из главного храма и трапезной исчезли иконостасы XVIII века, были скрыты старые росписи стен и сделаны новые.

Жизнь Петра Губонина, купца 1-й гильдии, промышленника и мецената, – пример служения Отечеству. Недаром на дворянском гербе Губониных было написано: «Не себе, а Родине». Да и его любовь к людям нуждающимся была деятельной и разумной, как говорили о нем современники.

Впрочем, дворянство Петр Ионович получил только в возрасте 47 лет. А до этого был крепостным из семьи каменщика, получившим вольную в 1858 году. После стал мелким откупщиком, подрядчиком, строителем, миллионером. Он строил мосты для многих российских железных дорог. Сергей Витте назвал его «железнодорожной звездой». Кроме того, Губонин создал Бакинское нефтяное общество и Северное страховое общество.

На Южном берегу Крыма, в Гурзуфе, Петр Ионович купил прекрасную усадьбу, начало которой положил еще герцог А. Э. де Ришелье. Имение меняло своих хозяев и, наконец, оказалось в руках деятельного Губонина, который, прибавив другие участки земли, создал здесь курорт, а еще занялся виноделием.

Петр Ионович ГубонинПетр Ионович Губонин

Петр Ионович вошел в историю России не только как крупный промышленник, но и как меценат. Он всегда жертвовал большие деньги на помощь тем, кто нуждался. Он устраивал лечебницы, дома для купеческих вдов и сирот, а также бывших арестантов. Губонин строил школы и училища, построил духовную семинарию в Твери. Не имея хорошего образования, он ценил его важность и учредил именную стипендию для выпускников физико-математического факультета МГУ, которых оставляли при университете после учебы. Губонин финансировал и строительство Политехнического музея в Москве.

Он был человеком верующим, а потому старался как можно больше сделать для людей и храмов. Так, Петр Ионович жертвовал деньги на возведение в 1837–1860 годах Храма Христа Спасителя, а в 1897 году он построил в Гурзуфе прекрасный собор Успения Пресвятой Богородицы.

Судьба этих храмов трагична. В 1931 году был взорван Храм Христа Спасителя, в 1934 – разобрана Пятницкая церковь, в 1932 – разрушен Успенский собор в Гурзуфе. В этом поселке Губонин и сам упокоился в семейном склепе.

После Октябрьского переворота

В 1920-е годы храм Параскевы Пятницы на Пятницкой улице получил статус памятника первой половины XVIII века и, как отмечалось, имел большую архитектурную и историческую ценность. Но храм ветшал. При этом ремонт культовых зданий не входил в планы молодой советской страны. Все расходы должен был взять на себя приход, что было нереально. Однако существовало предписание: использование храма возможно только при условии его сохранности. Храм святой Параскевы закрыли.

Новое время вносило свои коррективы в отношение к такому наследию как церковные здания. В 1930 годы из архитектурного комплекса церкви Параскевы памятником считалась только колокольня. А вот храм с трапезной, пристроенное к паперти в начале ХХ века крыльцо-притвор, а также уникальная высокая кованая ограда погибли. Но сначала церковь ограбили, конфисковав ценности. Изменилась и жизнь на Пятницкой улице. В усадебных и церковных постройках, доходных домах, гостиницах появились коммунальные квартиры.

Стоит учесть тот факт, что Пятницкая церковь владела большим участком земли: от Пятницкой улицы до Татарской. Это был древний погост, по краям которого была застройка – деревянные избы. У Моссовета же были свои виды на эту территорию. Возникла мысль соединить две улицы: Татарскую и Пятницкую. Но как быть с храмом? Члены комиссии Моссовета Грабарь и Левинсон выступили за сохранение храма или хотя бы колокольни. К тому же можно было сделать проход, через который свободно ходили бы люди. Вначале ограничились малым: сделали проломы в церковной ограде. Но Москва будущего виделась ее создателям совсем другой. А тут кривые улочки, зеленые переулочки, тупички старой Москвы – города купцов и помещиков. Да еще куда ни глянь – церкви! Улицы следовало выпрямить и расширить, дома сделать больше и выше. И, безусловно, построить магистрали. Одним словом, перепланировать город в рамках социалистического градостроения. 10 июля 1935 года был учрежден Генеральный план реконструкции Москвы, разработанный В. Семеновым и С. Чернышевым. Постановление о нем утвердили Сталин и Молотов.

В этом документе слышались отголоски идей, возникших сразу после Октябрьского переворота 1917 года: Город будущего, Новая Москва, Большая Москва. Все они были полны революционной дерзости и одинаково губительные для древнего города, ведь все выявленные памятники старины не щадились, если мешали воплощению плана в жизнь. Их просто вычеркивали из списка, а дальше действовать было совсем просто – Москва становилась чистым листом бумаги, на котором можно было творить будущее: революционное, социалистическое, коммунистическое.

Так стала актуальной задача замкнуть Бульварное кольцо в Замоскворечье: «От Устьинского моста Бульварное кольцо продолжается в Замоскворечье и выходит на Комиссариатский мост через Водоотводной канал. Продолжение кольца от Новокузнецкой запланировано шириной 70 метров до Ордынки, где на пересечении вновь запроектированной парковой магистралью создается новая площадь…». Но если стоять на этой площади, то со всех сторон будут видны храмы, храмы, храмы! И это было идеологически неверно. Храм явно мешал. В ходе реализации этого плана церковь Параскевы Пятницы снесли. Перед разборкой был сделан обмер, кто-то успел сделать фото. Но с Бульварным кольцом не получилось. И долгое время на месте снесенного храма был пустырь. Тогда на месте пустыря задумали поставить вестибюль, из которого попадаешь в чудо – в метро. Хотя станция могла появиться и на месте храма священномученика Климента, папы Римского. Этот вопрос обсуждался, как и строительство вместо храма жилого комплекса и детского сада.

Станция метро «Новокузнецкая» открылась только в военном 1943 году. Сегодня на стене старинного дома рядом с метро граффити. На нем – храм, воспроизведенный с одной из фотографий XIX века из альбома «Москва. Монастыри и церкви» московского предпринимателя Н. А. Найденова.

Тема спасенных реликвий – грустная тема. Конечно, в ней есть надежда, что время приоткроет тайны и что-то из разграбленных и уничтоженных церквей еще найдется. После разборки храма святой Параскевы Пятницы на Пятницкой улице уцелел иконостас Ильинского придела колокольни. В 1956 году он был установлен в церкви в честь Смоленской иконы Божией Матери в Троице-Сергиевой лавре.

Ольга Сокиркина

Поддержать монастырь

Подать записку о здравии и об упокоении

Подписывайтесь на наш канал

ВКонтакте / YouTube / Телеграм

Вам также могут понравиться
Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.